Стань участником проекта Народный продюсер!
Народный сайт Александра Маршала: Хроники полетов
Александр Маршал на Рублёвке
Кризис среднего возраста меня миновал!
Маршал - это не псевдоним, это кличка
Mitsubishi Outlander – генерал дорог! Mitsubishi Outlander – нормальный автомобиль!
Мне всегда сопутствует удача
C вопросами, почему в Прибалтике мало выступают русские артисты, нужно обращаться к представителям местных властей
Мой сын хочет пойти служить туда, где горячо
Я не умею опаздывать - армия навсегда выбила из меня разгильдяйство
Александр Маршал сменил внешность
На Юбилее Маршал показал свой инструмент в действии
Я лечусь горячим пивом
В гостях у Ковалёва - 28.01.2007
Четыре года работал спасателем на пляже
Как сын полковника стал Маршалом
Стриж-тайм - 26.05.2006
Душа артиста
Доброе утро - май 2006
Все не так уж плохо…
Маршал без жезла
Одиночество необходимо
Пока все дома - 19.02.2006
Живая струна - 20.02.2006
Вслух и про себя - 19.11.2005
С женщинами у меня просто
Детали с Тиной Канделаки - 30.08.2005
Интервью из передачи Доброе утро
Александр Маршал спел для осетин вживую
Рецензия альбома Вожак
Интервью изданию "ПроРок"
Детали с Тиной Канделаки!
Занимательное интервью для Радио России!
Чтобы сын не вырос балбесом!
Просто интересная статья:)
Маршал и рыбалка!
Саша-а-а!!!
Весна в Риге
РОК ПО-МАРШАЛЬСКИ: ЭСТЕТИКА "PINK FLOYD"…
О Тату, В.В. Путине и о себе!
Борец с наркотиками!
С рулеткой я познакомился в Лас-Вегасе!
Гвоздь шоу рокерской закваски!
Концерт в Ухте!
Отменная статья!
Не обзывайте меня «ЗВЕЗДОЙ»!
Маршал любит маму и Путина!
О дуэте с Арианой!
Большой САША!
Маршал и Шевчук!
А. Маршал в Гигант Холле!
Увольнительная для Маршала!
Об альбоме "Батя"!
Русский турист!!!

Архив статей за 1998-2002 годы:
ZIP | RAR


Журнал "Бизнес Леди", выпуск за май-июнь 2007, рубрика "Интервью с мачо".
Елена Андреева.


Александр Маршал: Я лечусь горячим пивом

Александр Маршал: Лечусь горячим пивомПрозвище "Маршал" Александр Миньков получил еще в военном училище: за бравую выправку, за стать, за несгибаемый боевой характер. Вышло так, что громкий псевдоним определил победную судьбу "маршала музыкальных войск", награжденного за свое военно-песенное творчество медалями Суворова, "За ратную доблесть" и "За укрепление боевого содружества", почетной медалью "Благодатное небо", памятным знаком защитника Отечества, медалью НАТО "За боевое содружество" и Международным Орденом чести.

Когда-то длинноволосый Александр Маршал вместе с такими же рокерами, Носковым и Беловым, под восторженные выкрики поклонниц собирал стадионы в Штатах – группа "Парк Горького" (единственная из всех российских!) была по-настоящему популярна за океаном. Сегодня возмужавший, но совсем не постаревший Маршал часто выступает в горячих точках планеты и в госпиталях перед раненными на войне солдатами. И в каждую свободную – минуту между перелетами и переездами, записями дисков, участием в концертах – стремится побыть со своим сыном Артемом. (Ему, кстати, он помог появиться на свет в американском родильном госпитале, став ненадолго ассистентом акушера). Но главное для несостоявшегося летчика и состоявшегося поэта, музыканта, певца – создание песен.


Оставаться молодым

- Ваше творческое лицо неоднократно изменялось, а вот внешность – не особенно, если не считать прически. Как вам удается не стареть?

- Если бы... Как и все люди, старею. В весе прибавил – армейский мой китель, который и нынче висит в шкафу у мамы, уже давно на мне не сходится. С возрастом человек меняется, и это нормально. Единственное, что остается неизменным, – это душа. Душа не стареет. И я иной раз вытворяю совершенно не присущие взрослому человеку вещи. Могу, скажем, ни с того ни с сего прыгнуть с парашютом или с крыши какого-нибудь дома – без парашюта. Видимо, это помогает оставаться молодым изнутри. Могу признаться, что чувствую себя на 20 с небольшим лет, с единственной разницей – иногда спина начинает побаливать. Ну, это сигнал заняться специальными упражнениями. Или вдруг случайно обнаружишь, что ты уже весь седой, как говорится, от корней до самых кончиков. Может быть, в 50 лет этого еще не должно быть, но у меня, видимо, наследственность такая: и родители, и дедушки, и бабушки – все были седые.

- Кстати, о родственниках. У вас ведь мама – доктор. Это как-то определило для вас отношение к своему здоровью, к образу жизни?

- Она, к огромному сожалению, очень давно не практикует из-за аллергии на обезболивающие препараты, без которых дантисту работать нельзя – из чувства человеколюбия. Так что ей пришлось профессию оставить, хотя хорошо помню ее коробку с медицинскими инструментами, которые в итоге начал использовать отец, чтобы выдергивать гвозди. Однако ценные советы она мне давала, да и сейчас дает. Но сказать, чтобы она так уж следила за нашим режимом дня или, к примеру, заставляла делать зарядку, – нет, этого не было.

- Ну, а папины методы воспитания – он ведь военный – были спартанскими?

- А папу я не видел практически. Только если по выходным. Помню, ходили на рыбалку, играли во дворе. Он был достаточно спортивным человеком. Военный летчик – это обязывало. Летал он очень много, будучи летчиком-инструктором. Я и сам поступил в свое время в летное училище. Там ведь как – если не имеешь даже двух зубов, об авиации забудь. Но я этот отбор прошел, Бог меня здоровьем не обидел. Другое дело, что я сам ушел, когда понял, что армия – это не мое.


Земного в этом мало

- Уход с военной службы был вызван тем, что творческое начало в вас победило?

- Наверное, да. Хотя в то время я даже не представлял, что это такое – творчество. Оно пришло с возрастом, и пришло само. Я даже не могу сказать, что учился сочинять стихи, перекладывать их на музыку, хотя, может, не помешало бы. А может, и нет… Ведь слова и мелодии приходят свыше, и процесс этот рецептов не имеет. И это не только у меня так. Разговаривал со многими поэтами, вот с Ильей Резником недавно обсуждали эту тему. Спрашиваю его: "Знакомо вам это состояние, когда стихи сами идут? До мурашек по спине…" Он в ответ: "Конечно. Бывает, и слезы наворачиваются". На самом деле, земного-то мало в этом. Земное только то, что ты умеешь составлять слова в предложения, записывать то, что к тебе пришло извне. Берешь гитару, наигрываешь, мурлычешь и – получается. А как получается – не могу объяснить. Таким образом у меня родились многие песни.

- Когда это случилось впервые?

- Я тогда еще в седьмом классе учился. Осваивал гитару, уже знал аккорды, серьезно занимался инструментом. Читал Пушкина, и среди других стихов попалось мне стихотворение "Ворон". И мне пришла в голову музыка, на которую я положил эти строчки: "Ворон к ворону летит, ворон ворону кричит…". А в десятом классе, когда я играл в вокально-инструментальном ансамбле, у меня уже было несколько собственных песен.

- Скажите, творчество отнимает много сил, энергии?

- Написание стихов – очень много. Не могу писать, когда дома кто-то есть, когда доносятся посторонние звуки – должна быть тишина. Хотя многие именитые поэты говорят, что они часто пишут в самолетах: рифмы составляют, слова перебирают. А мне надо сосредоточиться, чтобы не пропустить тот момент, когда единственно нужные слова снисходят к тебе.


Планы Маршала

- Очень быстро живем – дни, мелькают, как кадры в клипе, …

- Да, можем вот так сидеть за чаем, а через четыре часа с помощью самолета оказаться где-нибудь в Дубаи – запросто.

- Отрываться от земли не боитесь?

- Летаю совершенно спокойно: чему быть, тому не миновать. Сколько было случаев, когда люди избегали самолетов и поездов, а судьба их все равно настигала. Мы все зависимые люди – в том смысле, что от нас ничего в конечном счете не зависит. Поэтому я поражаюсь, когда кто-то взахлеб делится своими далеко идущими планами: вот, мол, через два года планирую на надувной камере переплыть океан. Да мы не знаем, что с нами через пять минут случится!

- То есть спрашивать про "планы Маршала" не стоит?

- У меня планы очень простые. Закончить это интервью, к семи поехать на концерт выступить, потом приехать домой, пообщаться с сыном, поужинать, фильм какой-то посмотреть, поиграть на гитаре – это ближайшие. А завтра – если Бог даст, проснуться и заняться очередными делами. Ну, я не говорю о том, что мои концерты расписаны на три месяца вперед – они будут, но сегодня их для меня нет. Зато есть сейчас, есть вчера и позавчера. Есть прошлое, есть мое детство. А строить пятилетние планы, как это было в советское время, не могу и не хочу.

- А что для вас выступления на концертах?

- Это прежде всего удовольствие.

- Даже если три-четыре выхода на сцену ежедневно?

- Безусловно.

- Но так и здоровье подорвать недолго… Что вы делаете для того, чтобы поддерживать форму?

- Ну, у меня множество всевозможных рецептов, которые я приобрел благодаря своему опыту. Все-таки я на сцене уже тридцать лет! Начинаю заболевать и уже знаю, чем это будет чревато для голоса. Все время вожу с собой специальные препараты, которые нужно принять сразу же, при появлении первых признаков ОРЗ. Если момент упустишь, потом уже ничего не поможет – придется отлеживаться, а этого я позволить себе не могу. Есть у меня и фирменный рецепт, который никому не хочу навязывать, но сам спасаюсь при его помощи очень часто. Если чувствую, что перенапряг связки на концерте – беру бутылку пива, ставлю ее под горячую воду. Выпиваю горячее пиво, а потом ноги сую в кипяток, какой только можно вытерпеть. Попарился – надеваю носки, ложусь под одеяло и утром встаю как огурец. Пользуюсь этим способом уже много лет, так что проверено на себе. И что особо интересно – пиво может быть самым дешевым, главное, чтобы в нем было много хмеля. Вот и все секреты.

- А как вы своего сына Артема воспитываете?

- У нас с сыном крепкая мужская дружба. Знаете, современные дети часто ставят своих родителей в тупик, и наша семья не исключение. Он совсем не такой, каким я был в его возрасте – другие интересы, другие ценности

- Ну, мы-то росли без компьютеров…

- А у него тоже нет компьютера – я принципиально не покупаю. Вижу его сверстников, похожих на зомби, и не хочу у себя дома никаких стрелялок, никакой виртуальной действительности. Компьютер для дела нужен, а не для убийства времени. Хотя, если бы он очень сильно просил, я бы, наверное, купил. Но он у нас парень живой, подвижный, ему у монитора скучно. Правда, сейчас они с детства погружены в такой океан информации, какого у нас и близко не было. Мы жили в Краснодарском крае, а там телевидение работало только с шести вечера и до одиннадцати. Зато была степь, велосипеды… А что полезного, здорового в большом городе?


Все гораздо страшнее…

- У вас в последнее время появилось много песен на военную тему

- Это не просто песни, а часть моей жизни. Я побывал во всех горячих точках, видел своими глазами и поле боя, и госпитали, общался с ребятами. Они и слушают, и сами играют то, что им близко. Смерть, грязь, каждый ходит по краю, друзья гибнут – в такой обстановке о другом и не поется, а о гражданке вообще лучше не думать. Когда я начал записывать военные песни, то еще не был в Чечне. Приехал в госпиталь, послушал, что рассказывают те, кто был на войне, и у меня на одном дыхании родилась первая пластинка. Тогда я понял: то, что нам говорят в новостях, очень далеко от правды. Все гораздо страшнее. Именно с благословения молодых ветеранов я начал писать такие песни. Эта тема интересовала меня еще до службы в армии, хотя тогда не было никаких горячих точек – мы на школьных вечерах пели песни Великой Отечественной. А теперь это стало частью моей жизни. Немногие сегодня осмеливаются говорить вслух правду о войне. Я пою об этом потому, что кто-то же должен это делать.

- И о сталинских лагерях?

- Это из той же серии. Я стал петь о чеченской войне, а потом мне попала в руки книга о православном священнике, который за свои религиозные убеждения попал в лагеря на десять лет, чтобы от звонка до звонка отбыть тридцать. Меня поразило, что, благодаря ему и его вере, многие люди спаслись и выстояли в тех условиях. Сказать, что они были нечеловеческими, – ничего не сказать. А отец Арсений помогал всем без исключения, и даже тем, кто мучил его. И вера помогала найти ему в себе такие силы, которые позволяли не только забыть обиды, но и привести к Богу своих же мучителей. Я решил, что неплохо было бы написать целую пластинку об этом. Подключил поэта Славу Клименкова, а он, в свою очередь, поведал о наших замыслах священникам из патриархии. Известия об этом начинании дошли до патриарха Алексия, и он дал свое благословение на создание такого произведения. В общем, ничего в жизни не происходит просто так, случайно. И песни просто так не рождаются. И не поются.


Устал – ложусь и сплю

- А где вы черпаете силы? Ведь работа артиста – просто бешеный выброс энергии.

- Устал – ложусь и сплю. И вообще люблю предаваться блаженному ничегонеделанью. Лечь на диван, тупо попереключать программы телевизора. Это помогает отвлечься. Но такое, конечно, случается не часто. Еще люблю поехать с друзьями на рыбалку, шашлыки какие-нибудь затеять. С Артемом у нас случаются "мужские дни", когда мы вдвоем садимся в автомобиль и уезжаем куда-нибудь на природу, за город. Плавает он здорово: переныривает 25-метровый бассейн – правда, пока в ширину.

- А как отдыхают в Америке?

- Я научился там не отдыхать, а выживать. Если бы я жил в России в начале 90-х, когда на страну обрушилась рыночная экономика, наверное, мог бы и сломаться, потому что не был, как и большинство людей, готов к этому. А мы приехали в Штаты и немедленно окунулись в дремучий капитализм. Не сразу, но я понял, что там построили именно то полицейское государство, о котором мечтали коммунисты. Ведь люди там воистину под колпаком: взяли твое водительское удостоверение, сверились по компьютеру, и вся информация о тебе как на ладони. Хотя на первый взгляд – прекрасная там жизнь. Если у тебя есть работа, ты берешь в аренду дом, пару автомобилей, постепенно платишь за все это и неплохо живешь. Но стоит заболеть, потерять работу – и ты в одночасье лишаешься всего. Приходят веселые ребята с ключами и забирают у тебя автомобили, потом пинком выгоняют из дому: делай, что хочешь, ты никому не нужен. Но у нас хотя бы можно позвонить друзьям в три часа ночи или сразу без звонка приехать – поймут и помогут. Там не поймут – ты не имеешь права ни приезжать без звонка, ни жаловаться на свою жизнь, осложняя тем самым чужую.

Был у меня один знакомый – не музыкант, клерк, – который работал в большой компании. Как его ни встретишь, он всегда с улыбкой на лице. Спросишь: "Как дела, Боб?", он: "Все супер!". А потом покончил с собой… Что случилось – не знаю, но они все такие, с детства приучены не жаловаться на свою судьбу, чтобы у окружающих не создавалось впечатления, что ты неудачник. А с неудачником, считают американцы, нельзя иметь дело. Боюсь, у нас со временем будет то же самое. Мы семимильными шагами идем туда же.

- А как же ваш друг Оззи Осборн, который выставил напоказ всю свою жизнь, позволил установить камеры в своем доме, чтобы все жалеющие могли наблюдать, как живет его семья?

- Да это же шоу! Он там валяет дурака, и это нравится миллионам. И приносит, будьте уверены, немаленькие деньги. Он же в жизни совершенно иной человек, чем на экране.

- А вы бы могли пойти на подобное?

- Если найдется телекомпания, которая предложит хорошие деньги, – почему нет? Мы в каком мире живем? Чистоган правит людьми, хотим мы этого или не хотим. Я знаю, что деньги не все решают (да и всех денег не заработаешь!), но если предлагают честно заработать – грех отказываться. Чего и вам желаю.

В наличии диски Александра Маршала: